Сон
Спускаюсь по лестнице высотки МГУ. Этаж 8-9й где-то. В руке маленький деревянный резонатор с 2-3 струнами, как половинка кокоса по размеру. Хотелось бы встретить пустую аудиторию и распеться. Но везде людно. В столовой замечаю, что это не деревянный корпус, струны натянуты на маленькое аккуратное ухо. Это голова старухи. Встать в очередь? Думаю - не слишком ли стрёмно я выгляжу в студенческой столовой с головой мёртвой старухи в руках, с этой толстой её шеей, как рваной раной.
Об отделённой голове будет отдельная тема. Здесь только о "музыкальной голове".
Мой педагог по вокалу, с которым я занимался лет 15, пожилая женщина, моя вокальная мать, была совершенно советский человек. Жена офицера КГБ, медицинское образование, ее пафосом был какой-то мистический рационализм. Отправил меня к ней замечательный бас (Андрей Смагин - подсказывает память), к которому я посмел подойти после концерта в ДК МГУ.
Первым ее наставлением в первый же день были расспросы о том, что самое могущественное в мире. Оказывалось - мысль. Так вот, если ты познаешь свою мысль, ты познаешь себя и Бога.
Это говорилось спокойным и властным контральто, с мужской силой. Стрижка "под горшок" с чёлкой, как у какой-нибудь Жанны д'Арк.
Ничего себе начало для тётки в кружке самодеятельности в Доме учителя, где был её класс! Я был заинтригован. «Познай себя» всегда казалось мне первой заповедью.
Попробую передать её достаточно лаконичную науку так, как запомнил. Она называла имя итальянки, учившей ее петь якобы в традициях Лаури-Вольпи - благодаря мужу она бывала в Италии годах в 60-70х.
Главная задача - «посадить мысль на макушку». Сперва это была верхняя точка лба ("представь, что тебе туда вбили гвоздь, и шляпка торчит - вот оттуда!"), а через несколько лет она сочла возможным открыть мне более сакральное место - самая верхняя точка черепа, "макушка" (фактически верхняя чакра - любые аналогии она с удовольствием принимала).
Вокал - это речь по нотам. Каждый слог - единица речи - должен быть помыслен, подуман заново - там, откуда начинается дыхание - нос выдыхает «с макушки» и увлекает за собой всю массу воздуха из лёгких. Дыхание происходит рефлекторно - если совершён акт мысли. И нос - его пульт управления.
Что значит «подумать слог»? Значит сказать его мысленно - на точке.
В той же точке, где возникает «ветер дыхания», находится речевой центр - М.Вл. ссылалась на научные исследования, тут дух становится материальным, мысль - дыханием и словом.
Любое пение она мгновенно оценивала по этому принципу: «вот, как ярко он подумал (=сказал) этот слог. А! А этот не подумал отдельно от предыдущего, и связки тут как тут - они ведь держат форму предыдущего слога. Сперва надо отпустить и подумать заново.» «Посадил на горло». Неважно, я это упражняюсь или мы вместе слушаем запись Шаляпина. («По материалу баритон, конечно, не бас, и далеко не из лучших - но какое владение мыслью! Как будто он в руке ее держит. Тогда и слушатель у него в руках»)
Много-много лет я пытался понять - полная ли лабуда эта красивая и логичная теория.
В том, что она для неё - точный инструмент, я не сомневался. В ее руках начинали петь люди, которых никогда не взял бы другой педагог, маргиналы, которые хотели петь, не имея на это никаких шансов.
70 летний чудак, полубомж-полубогема, шмакавший и гнусавящий в разговоре, вдруг пел молодым задорным тенором. Певица из заводской самодеятельности, фатально не попадавшая в ноты и скорее свистящая, чем поющая, потихоньку запела.
Они относились всерьёз к ее словам из-за отсутствия критического контроля, рефлексии.
Впрочем, были в «кружке» и наоборот очень тонкие и умные люди, что могли приспособить чужой полумистический-полумедицинский опыт для формирования своего метода, в том числе ряд певцов успешных (БТ, дрезденская опера и др.)
Никому из профессионалов со стороны не стоило воспроизводить эту вокальную теорию - это всё звучит на грани сектантского бреда.
Я видел двух ее учеников, которые стали педагогами - в Ипполитовке и за рубежом, и были сами вынуждены, изображая вокально-просветлённых особ, твердить эти формулы другим. Им не шло. В устах М.В. это была данность, реальность, в их устах - басня. Попытка понести чужой горб не прошла.
Я в работе с учениками в 2000х тоже долго пытался. Так и не получив чувственного подтверждения этой теории в собственных ощущениях, я играл в то, что якобы сам тоже ясно различаю, помыслен ли слог у ученика, и на том ли месте он помыслен, или, увы, немножко ниже и недостаточно отчётливо. Это работало, но я чувствовал, что вру.
М.В. умерла в начале 2000х, и я не вспоминал с тех пор о макушке и о познании мысли, в то время как сама М.В. осталась для меня одним из главных учителей. Прежде всего, любви, преданности древней певческой профессии.
Косвенное подтверждение реальности ее усилий я получил позже от ещё одного педагога-мистика, который сказал мне, что впервые слышит человека, «от природы» настолько естественно и точно «попадающего в купол», в ту точку, что должна звенеть в голосе. Возможно, это плоды ее многолетних мучений. А возможно, просто ободряющий комплимент.
----------
Страничка Мои проекты
Спускаюсь по лестнице высотки МГУ. Этаж 8-9й где-то. В руке маленький деревянный резонатор с 2-3 струнами, как половинка кокоса по размеру. Хотелось бы встретить пустую аудиторию и распеться. Но везде людно. В столовой замечаю, что это не деревянный корпус, струны натянуты на маленькое аккуратное ухо. Это голова старухи. Встать в очередь? Думаю - не слишком ли стрёмно я выгляжу в студенческой столовой с головой мёртвой старухи в руках, с этой толстой её шеей, как рваной раной.
Об отделённой голове будет отдельная тема. Здесь только о "музыкальной голове".
Мой педагог по вокалу, с которым я занимался лет 15, пожилая женщина, моя вокальная мать, была совершенно советский человек. Жена офицера КГБ, медицинское образование, ее пафосом был какой-то мистический рационализм. Отправил меня к ней замечательный бас (Андрей Смагин - подсказывает память), к которому я посмел подойти после концерта в ДК МГУ.
Первым ее наставлением в первый же день были расспросы о том, что самое могущественное в мире. Оказывалось - мысль. Так вот, если ты познаешь свою мысль, ты познаешь себя и Бога.
Это говорилось спокойным и властным контральто, с мужской силой. Стрижка "под горшок" с чёлкой, как у какой-нибудь Жанны д'Арк.
Ничего себе начало для тётки в кружке самодеятельности в Доме учителя, где был её класс! Я был заинтригован. «Познай себя» всегда казалось мне первой заповедью.
Попробую передать её достаточно лаконичную науку так, как запомнил. Она называла имя итальянки, учившей ее петь якобы в традициях Лаури-Вольпи - благодаря мужу она бывала в Италии годах в 60-70х.
Главная задача - «посадить мысль на макушку». Сперва это была верхняя точка лба ("представь, что тебе туда вбили гвоздь, и шляпка торчит - вот оттуда!"), а через несколько лет она сочла возможным открыть мне более сакральное место - самая верхняя точка черепа, "макушка" (фактически верхняя чакра - любые аналогии она с удовольствием принимала).
Вокал - это речь по нотам. Каждый слог - единица речи - должен быть помыслен, подуман заново - там, откуда начинается дыхание - нос выдыхает «с макушки» и увлекает за собой всю массу воздуха из лёгких. Дыхание происходит рефлекторно - если совершён акт мысли. И нос - его пульт управления.
Что значит «подумать слог»? Значит сказать его мысленно - на точке.
В той же точке, где возникает «ветер дыхания», находится речевой центр - М.Вл. ссылалась на научные исследования, тут дух становится материальным, мысль - дыханием и словом.
Любое пение она мгновенно оценивала по этому принципу: «вот, как ярко он подумал (=сказал) этот слог. А! А этот не подумал отдельно от предыдущего, и связки тут как тут - они ведь держат форму предыдущего слога. Сперва надо отпустить и подумать заново.» «Посадил на горло». Неважно, я это упражняюсь или мы вместе слушаем запись Шаляпина. («По материалу баритон, конечно, не бас, и далеко не из лучших - но какое владение мыслью! Как будто он в руке ее держит. Тогда и слушатель у него в руках»)
Много-много лет я пытался понять - полная ли лабуда эта красивая и логичная теория.
В том, что она для неё - точный инструмент, я не сомневался. В ее руках начинали петь люди, которых никогда не взял бы другой педагог, маргиналы, которые хотели петь, не имея на это никаких шансов.
70 летний чудак, полубомж-полубогема, шмакавший и гнусавящий в разговоре, вдруг пел молодым задорным тенором. Певица из заводской самодеятельности, фатально не попадавшая в ноты и скорее свистящая, чем поющая, потихоньку запела.
Они относились всерьёз к ее словам из-за отсутствия критического контроля, рефлексии.
Впрочем, были в «кружке» и наоборот очень тонкие и умные люди, что могли приспособить чужой полумистический-полумедицинский опыт для формирования своего метода, в том числе ряд певцов успешных (БТ, дрезденская опера и др.)
Никому из профессионалов со стороны не стоило воспроизводить эту вокальную теорию - это всё звучит на грани сектантского бреда.
Я видел двух ее учеников, которые стали педагогами - в Ипполитовке и за рубежом, и были сами вынуждены, изображая вокально-просветлённых особ, твердить эти формулы другим. Им не шло. В устах М.В. это была данность, реальность, в их устах - басня. Попытка понести чужой горб не прошла.
Я в работе с учениками в 2000х тоже долго пытался. Так и не получив чувственного подтверждения этой теории в собственных ощущениях, я играл в то, что якобы сам тоже ясно различаю, помыслен ли слог у ученика, и на том ли месте он помыслен, или, увы, немножко ниже и недостаточно отчётливо. Это работало, но я чувствовал, что вру.
М.В. умерла в начале 2000х, и я не вспоминал с тех пор о макушке и о познании мысли, в то время как сама М.В. осталась для меня одним из главных учителей. Прежде всего, любви, преданности древней певческой профессии.
Косвенное подтверждение реальности ее усилий я получил позже от ещё одного педагога-мистика, который сказал мне, что впервые слышит человека, «от природы» настолько естественно и точно «попадающего в купол», в ту точку, что должна звенеть в голосе. Возможно, это плоды ее многолетних мучений. А возможно, просто ободряющий комплимент.
----------
Страничка Мои проекты
Комментариев нет:
Отправить комментарий